Явление Чапая народу

В киевском Театре Оперетты был всего один показ спектакля «Чапаев и Пустота» по знаменитому роману Виктора Пелевина. Хотя 12-летний «возраст» постановки вызывал уважение, не слишком было ясно: как такого сложного автора как Пелевин можно адаптировать к сцене? Публика, понятно, пришла на Михаила Ефремова, сыгравшего Василия Ивановича. Не легендарного начдива, а пелевинского алкоаристократа, ненавидевшего чернь. Чапай гулял здоровски и Ефремов-младший, по слухам, тоже неслабо заливает за воротник. Тут они «совпали». Цена на билеты достигла рекордной отметки для спектакля – 2600 грн. Охота посмотреть своими глазами на заезжую звезду в яркой, наверное, роли.

Однако был с гастролями и Армен Джигарханян со спектаклем «Театр времен Сенеки и Нерона» — постановка, полностью лишенная энергии. Недостаточно харизмы крупной звезды. Нужен режиссер. «Чапаева» поставил, неизвестный массам, днепропетровчанин Павел Урсуляк. Был риск попасть на не слишком удачный бенефис популярного актера, как получилось в случае с уважаемым Арменом Борисовичем.

Вообще магистральные театральные направления сейчас такие: ветхозаветное, академическое, консервативное – здесь играют классику. И новое, документальное – это записанные на диктофон и вольно скомпонованные монологи бомжей, правозащитников и жертв всяческих катастроф: социальных и личных. В академической школе играют по старинке: мастерства хоть отбавляй, а жизни нет. В «документалке»: много жизни, но и порядочно самодеятельности. И вот – явление Чапая народу.

Чапаев крушит декорации и привычные представления о мире. Петька Пустота (Михаил Крылов) – то его бравый оруженосец, то пациент психиатрической лечебницы 90-х. Непростой пелевинский роман, с его философскими отступлениями, грамотно разбит на эпизоды, заканчивающиеся анекдотами. «А я – где?» — «Здесь» — «А Россия где?» — «В беде». Это точно передает характер прозы Пелевина. В спектакле – ни одного лишнего слова, ни одного лишнего жеста – каждая реплика вызывает реакцию зала.

Не обошлось и без пародийного аттракциона, любимого документальными театрами – это была «рекламная пауза», во время которой артисты остановили действие, чтобы под смех публики «передать приветы от… », «пожелания спонсорам», а выигравшая в лото зрительница с такого-то ряда «после спектакля пойдет с артистами в ресторан».

Три часа абсолютной концентрации зрительского внимания. Когда мне в полдесятого вечера позвонила редактор, думая, что постановка закончилась, она слышала по своему мобильнику каждую фразу Ефремова. Я сидел в предпоследнем ряду. Между прочим, зрительские жалобы на дикцию актеров – общее место, однако «регулярно пьющий» Ефремов был четко слышен на другом конце города.

В эпоху постмодернизма и глобальной Сети доминирует мнение, что все уравнялось, профи и любители, ремесленники и мастера. Все теперь снимают, рисуют и ставят. Но мало кто все это смотрит потому, что потеряны ориентиры. Лайкнули тебе пару раз – радуйся. «Чапаев и Пустота» — одна из точек отчета, задающих новые стандарты. Один раз поглядев такой уровень – актер будет разбивать роль не только на слова, но на буквы и междометия. Когда все решили, что «чуть выше среднего» везде воцарилось, важно, чтобы на сцене возник настоящий король.

В финале народ аплодировал стоя. Выше профессионализма – только любовь. Ради нее все и затевается.

Источник

Популярные статьи: